КОДЗОЕВ Аслан Юсупович, Ингушетия.

Вахтанг Кикабидзе:
«Не люблю, когда мужик опускает руки»

Имя Вахтанга Кикабидзе в России с августа прошлого года резко сменило свою эмоциональную окраску. Из объекта массового обожания он сделался предметом столь же массового разочарования: россияне искренне недоумевали, почему Кикабидзе поддержал президента Грузии Михаила Саакашвили в его попытках восстановить контроль над Южной Осетией, да ещё отказался от ордена Дружбы, указ о награждении которым Дмитрий Медведев подписал за три недели до начала известного конфликта. Но разочаровались не только россияне: сам Кикабидзе в начале этого года записал песню, которая так и называется – «Разочаровали». Она адресована прежде всего российской творческой интеллигенции, поддержавшей действия своих властей или по крайней мере (если кто-то был не согласен) промолчавшей.

Поэтому, попав в Грузию, я уже не мог отделаться от навязчивой мысли встретиться с Кикабидзе. Сделать это оказалось, в общем-то, не настолько уж и сложно. Пара-тройка звонков – и мы договариваемся о встрече. Известный певец и кинематографист живёт в престижном районе Тбилиси Вакэ, в очень симпатичном особнячке. Тбилисские таксисты, правда, более делают вид, что знают улицу Тициана Табидзе, на которой расположился этот особнячок, нежели действительно её знают – и мне приходится носиться среди узких улочек, пере- и закоулков ещё добрых полчаса к назначенному времени, с высунутым языком на плече, расспрашивая чуть ли не всех попадающихся прохожих. Наконец, я подбегаю к дому. В прихожей тебя встречает целая галерея плакатов и афиш, главный герой которых, естественно, - Буба. Я, запыхавшись, тяжело дышу – и мне некогда уже подробно полюбоваться интерьером гостиной, в которую меня препровождает хозяин. Хотя в целом я вижу, что интерьер этот весьма изыскан, выдержан в консервативном, классическом духе и весьма располагает к беседе. Кикабидзе и приглашает меня к ней.

«В мыслях не было молчать»

- Вахтанг Константинович, россияне вами разочарованы – как и вы ими. Но кем именно, на ваш взгляд, они разочарованы – Вахтангом Константиновичем Кикабидзе или Валентином Константиновичем Мизанадари (главный герой фильма «Мимино» - прим. авт.)?

- Массы так устроены, что склонны отождествлять сыгранный тобой образ с самим тобой. Наверное, если бы в своё время я сыграл вместо Тихонова в «Семнадцати мгновениях весны», меня бы сейчас называли бы не Мимино, а Штирлицем. Меня давно уже удивляло, что люди часто подходят ко мне и запросто, сходу начинают звать на «ты». Потом я понял, что они считают тебя фактически членом семьи. Поэтому, наверное, россияне и испытали такое чувство. Ничего удивительного: им постоянно внушают, что мы – враги России. Потому что это выгодно российским правителям. Я не знаю, ездили ли вы по местам прошлогодней войны…

- Я был в Гори.

- Вот. Тогда вы лучше сможете понять, почему я, увидев первый российский танк, и не раздумывал, что именно должен сказать. Я – гражданин этой страны. Все мои предки родились, жили и умерли здесь, и я должен в конечном итоге оказаться в этой земле. И у меня даже в мыслях не было молчать. Это было естественно. Я, честно говоря, даже не думал, что в России будет такая серьёзная на меня реакция. Я ведь просто сказал то, что думал. Вот вы представьте: в июле мне приходит телеграмма от президента Медведева и указ о награждении орденом Дружбы. Я очень обрадовался. А меньше чем через месяц в Грузию входят российские танки! Если бы я мало-мальски сомневался в том, что Грузия, может, тоже была виновата, я бы, конечно, по-другому говорил. Но, поверьте, я очень многое знаю: в Южной Осетии происходили жуткие вещи. И происходят до сих пор. Но меня удивляет масса. Неужели россияне действительно представляют малюсенькую Грузию врагом огромной России? Здравомыслящий человек - не может. Это же смешно!

Иногда ситуация вынуждает тебя защищаться. Я не люблю, когда мужик опускает руки. А дело дошло до того, что люди, проживавшие там, в Горийском районе, уже просто вопили о помощи. Этот район – исторически грузинский, самый центр Грузии, называющийся Самачабло. Чуть более ста лет назад туда из Осетии пришло некоторое количество людей. Пошли смешанные браки, они прекрасно знают грузинский язык. Но что из этого следует? В Москве проживает очень большое количество мусульман. Вообразите: завтра они вдруг заявят, что вот этот район Москвы, где нас особенно много, объявляется независимым. Это уже ни в какие рамки не полезет.

На самом деле, по моей информации, всё это затевалось не ради Южной Осетии, а ради Абхазии. Мне об этом прямо сказал один из очень известных российских политиков, фамилию которого я, естественно, не имею права называть. С помощью Южной Осетии отвлекли внимание от главного интереса – Абхазии. А кому нужна, по большому счёту, Южная Осетия? Там 30 тысяч населения, Цхинвали по сути – небольшая деревня.

- Вы там, кстати, бывали?

- Много раз. У меня там масса друзей… Вот такова политика – грязное дело. И это, конечно, касается не только России и Грузии. Во всём мире так…

Поэтому – выступив таким образом, я фактически сам урезал себе работу. Потому что работал-то я в основном за пределами Грузии, на постсоветском пространстве. Восемьдесят процентов песен у меня на русском языке, восемьдесят процентов фильмов снято в России. Оттуда до сих приходит много трогательных писем. А недавно позвонили из Петербурга с приглашением выступить. Я говорю: извините, не приеду. Пока всё это будет продолжаться, ноги моей в России, к сожалению, не будет. Они мне: ну что вы, это же политика, мы-то тут причём? Вы, конечно, ни при чём, но открыть рот и сказать два слова можете, правда? Я не хочу обижать россиян, но Россия ведь давно молчит. И не только по поводу Грузии – по поводу вообще всего. Хотя, вспоминаю, когда началась война, были звонки из России: давай, мол, переезжай сюда!..

- Орден вас ждёт, однако…

- Но его ведь можно было переслать мне, правда? Я, однако, сомневаюсь, что Медведев на самом деле сделает что-то, чтобы его прислать. Не решает он там ничего. Как я уже сказал в одном интервью: у президента Российской Федерации есть свой генеральный директор. И вы знаете, как его зовут.

Осадок от Путина

- Ваше появление на известном митинге рядом с Саакашвили многие расценили чуть ли не как свидетельство личной дружбы с президентом. Это так?

- Он младше моего младшего сына. Но вообще-то я люблю умных людей. И умею, думаю, различать чёрное и белое. Нынешние претензии оппозиции, как мне кажется, - это во многом претензии людей, лишённых прежнего уровня благосостояния. Да, он молодой человек. И с ним работают молодые люди, делающие, наверное, много ошибок. Но они искренне стараются хоть что-то делать. Вот вы походили по городу. Посмотрели бы вы на него лет десять назад! Или поездили бы по районам. Вы бы печень себе отбили – потому что дороги были просто страшные. А сейчас дороги делаются, строятся новые дома, идут инвесторы. Он закончил хороший университет, знает несколько языков и хочет из нашей маленькой страны сделать европейскую страну. И вижу, что делает – особенно в сравнении с теми президентами и секретарями, которые были раньше. Дай Бог ему здоровья, пусть делает!

- Вы можете ему позвонить – или он вам?

- Я не звоню. Но в июле, когда я был в Канаде, вдруг среди ночи (по канадскому времени) раздаётся звонок: «Это Миша». Какой Миша? «Саакашвили». Поздравляет меня с днём рождения. Я, конечно, очень удивился.

- Общаетесь ли с Шеварднадзе?

- Недавно виделись в Азербайджане на Дне независимости. Он обрадовался, мы обнялись. Когда скончалась его супруга, я был на панихиде, соболезновал…

Но вообще я никогда не люблю выпирать и вылезать вперёд. Мне не очень удобно становится. Наверное, как раз потому, что я узнаваемая личность. Если я понадоблюсь президенту, тогда пойду к нему. И если понадобится – встану рядом с ним. Более того: я откликался на аналогичные приглашения и президента России – когда им был ещё Владимир Путин. Как-то меня пригласили выступить на рождественском концерте в Кремле. Был весь политический бомонд, я пел в шести метрах от столика президента. Но меня и здесь постигло разочарование: всё время, пока я пел, он разговаривал с губернатором Петербурга Валентиной Матвиенко. Слушать всё-таки тоже надо уметь. И у меня остался после этого некоторый осадок. Дело не в Путине, конечно, а в общем принципе.

Не бизнесмен

- Что сейчас представляет из себя ваш гастрольный график?

- Очень насыщенный. Я всё время в поездках. Летом, например, выступал в десяти городах США, потом Канада. Украина, Казахстан, Азербайджан, Армения. Недавно закончил большой тур по Грузии, и в Зугдиди, где я выступал на открытой площадке, пришло, наверное, тысяч 20 человек.

- Что такое сегодня грузинская эстрадная сцена?

- Как и в России, идёт сильнейшая американизация. Мне обидно, что наши богатые люди всё ещё очень неохотно вкладывают деньги в настоящий шоу-бизнес – который, вообще говоря, способен приносить настоящие живые деньги. С точки зрения вокальных и музыкальных традиций, Грузия чрезвычайно богата талантами. У нас уникальный фольклор и уникальная вокальная школа.

Сейчас в песнях сквозят какие-то идиотские сюжеты. Я вообще всегда считал, что если человек, особенно мужчина, выходит на сцену, он не должен петь про дождик, ромашки и т.п. Вот позавчера был мой концерт в Тбилиси. Рёв был в зале - потому что этих песен тоже уже нет. Почему меня и в России любят? Потому что я всегда пел про маленького человека. Или вот Булат Окуджава, один из моих самых любимых бардов. Как певец - никакой. Но все поют его песни. Потому что он поёт о том, что беспокоит народ.

- Многие популярные певцы используют своё имя для побочных бизнесов – Пугачёва, Кобзон, Лещенко. А вы?

- Наверное, надо что-то делать. Но пока ничего нет. В своё время мы с друзьями открывали ресторан «Не горюй!» в Москве. Я оттуда сам ушёл, потому что не мог видеть, как мои друзья должны были приходить и платить деньги. У меня мозги немного по-другому устроены. Я когда туда заходил, за себя сам платил (смеётся). Ну не моё это было дело! Но чем-то действительно надо заниматься, потому что в один прекрасный день тебе скажут, что уже петь нельзя. Я пишу сценарии. Сейчас буду запускать картину, и есть уже люди, которые хотят вложить деньги. Сценарий, думаю, интересный.

Хочу открыть клуб. С постоянным членством. Чтоб были люди, которые мне приятны. Чтоб хорошая музыка была, вечера поэзии. Чтоб это был такой дом, куда не может попасть кто попало. Это для меня было бы нормально.

- Стало быть, с кинематографом вы продолжаете иметь дело?

- Да, конечно. Я быстро пишу. И в своё время, когда снимался у Данелии, внимательно наблюдал, как он это делает. Я ж в музыку и кино с улицы пришёл – не заканчивая ни театральных училищ, ни музыкальных школ, ни киноакадемий. Но спросил себя: а могу ли я? И в 1980 году написал первый сценарий. Предпочтение я отдаю короткометражным лентам и замечу, что их довольно трудно делать: переберёшь немного – и всё разваливается. Я написал четыре новеллы, снял их и снялся вместе с замечательным режиссёром Гоги Кавторадзе. Картина выиграла гран-при на Габровском международном кинофестивале. Потом, через два года, опять начал что-то чирикать – и с тех пор так и пошёл писать. Буквально за два месяца до войны в Москве был закончен мой последний фильм «Королева» – но его сразу же прикрыли, сейчас его можно увидеть разве что на дисках. Те же самые продюсеры буквально вырвали у меня из рук и новый сценарий. Но затем, уже после войны, замолчали, перестали звонить, и я понял, что им неудобно. Сейчас нашли продюсеров здесь.

Буба-младший

- Кем вырастают ваши внуки?

- Хорошие ребята, это самое главное. Ни мои дети, ни внуки никогда не просили ничего лишнего, и я вообще не люблю, когда 17-летнего мальчика папа уже сажает за руль. У меня дочь и сын и трое внуков. Старший закончил колледж в Зальцбурге, Университет Шиллера в Лондоне и защитил магистерскую степень в Торонто. Но вернулся, тем не менее, в Грузию и сейчас работает в азербайджанской нефтяной компании SOCAR, занимается проектом газификации Аджарии.

Средний – мой тёзка Вахтанг. Вахтанг Кикабидзе-младший. И знаете, у меня такое ощущение, что он тоже может петь. Все мне говорят, что у него абсолютный слух и хороший низкий голос. И я вижу, что он сам к этому тянется. Надо будет попробовать записать его, чтобы я послушал, что это такое. Если есть дар – почему бы действительно не петь?

И младший внук – ярко выраженный спортсмен. Раньше занимался горными лыжами, сейчас футболом, плаванием, каратэ.

В общем, с ними, слава Богу, всё нормально. И все они живут здесь.

Автор: Валерий Черницын
03.12.2009

http://www.komikz.ru/2009-02-24-06-05-44/1321?task=view

Advertisement

Advertisement